электронная версия

N36, 9 сентября, 2010

 
ТелевидениеОбществоОт среды до средыКультураЕреванские этюдыЛикоРакурсСценаГипотезы, сенсацииМодаГороскопЮморСпорт
Женщины наступают

Уинстон Черчилль - художник

Уинстон Черчилль стоял у руля Великобритании в самые тяжелые годы, с начала Второй мировой войны, оставив память о себе в народе Британии как о спасителе нации от тирании. Кроме многих талантов, к 40 году жизни прорвавшаяся страсть к живописи сделала его популярным и как художника. Но на первом месте были политика и историческая литература.

Литературное его творчество того послевоенного периода: исследование причин и следствий Первой мировой войны (“Мировой кризис”, 1929г. , где он обращается также к трагедии армянского населения в Турции). Годами позже Второй мировой войне Черчилль посвятил многотомное исследование, став лауреатом Нобелевской премии по литературе. Ему принадлежат “История англоязычных народов”, две биографические книги - о предке, герцоге Мальборо, и об отце, лорде Рандольфе.

На посту лорда Адмиралтейства (морского министерства) его посчитали ответственным за неудачу морской десантной операции в Галлиполи весной 1915г. , на западе Турции, и он был смещен. Он принял решение отправиться на фронт, уйти от горестных раздумий по поводу провала так удачно начавшейся политической карьеры. На севере Франции, командуя всего-навсего батальоном, свободные часы он отдавал живописи - пейзажу фронтовой полосы, так жестоко исковерканной войной. Однако вскоре новый премьер-министр Ллойд Джордж, с кем его связывала давнишняя дружба, признавая за Черчиллем выдающиеся способности администратора и политика, приглашает его в правительство.

Для представителей его сословия аристократов увлечение живописью казалось необычным. Живопись… она более демократична. Особое качество самовыражения, когда, засучив рукава и размешав краски, можно наложить их на холст, править и многократно подправлять, казалось, без конца - это свойственно особому душевному состоянию и особым традициям. При первом посещении галереи (это призошло лишь к его 40-летию), простояв у размещенной у входа картины не менее получаса, он стал пленником живописи - в Черчилле сказалась непреодолимая, унаследованная от матери-американки страсть к самовыражению. Он захотел попробовать себя и в этом жанре. Трудно объяснить, почему так быстро и без колебаний ему, еще несведущему в живописи, могли понравиться “новые” представители французской школы - Моне, Мане, Матисс и другие, отрицающие ценности предшествующих. В месяцы, проведенные в прифронтовой полосе, Черчилль, не имея опыта в живописи и рядом наставника, художника-профессионала, создал один из лучших пейзажей. Состояние душевного подъема продолжилось и после возвращения в Лондон. В 1915-20-гг. Черчилль написал ряд значительных пейзажей: “Мост в Уилсоне”, “Ферма Лоуренса”, “Деревья в Мимизане”, ныне они в музеях и частных коллекциях.

И в последующие годы, до начала 30-х, Черчилль-политик не забывает о живописи - неизменной спутнице своей долгой, насыщенной и радостными, и печальными событиями жизни. Своим пристрастием к живописи он, пожалуй, оригинален. Подобных примеров трудно найти в истории жизни выдающихся личностей. Его жизнь - целая эпоха усвоения основ, техники и самого предмета изображения. Он готов был прислушаться к друзьям-художникам, которых он величал “настоящими художниками”: добрый совет стоит многих часов работы с мольбертом в одиночестве. Но, конечно, это не единственно верный путь. Внимательное вглядывание в шедевры воспитывает и учит. Так учились многие выдающиеся живописцы современности.

В живописи 30-х годов Черчилль предстает более уверенным, уравновешенным. Свои раздумья о живописи он излагает в брошюре “Живопись как приятное времяпрепровождения”, которую решается все же опубликовать, вопреки предостережениям верного друга и советчика, жены Клементины, - ей хотелось уберечь своего пылкого супруга от ироничных комментариев специалистов. Но со свойственной ему решимостью он настаивает на своем, говоря, что нельзя уже терять время на рисование гипсовых моделей, следует начинать с масляной живописи, которая лишь позволяет многократно менять как угодно цветовую гамму и композицию. В письме жене он сравнивает живопись с другом, который не выставляет излишних требований, как род занятий без истощения, расставляющий холст между художником и “враждебными взглядами времени и дряхлостью”.

Лишь в годы войны, будучи премьер-министром Великобритании, даже в свободное время он не мог себе позволить вновь взяться за кисти и краски, отдавая все время планам защиты Великобритании от ожидаемого вторжения фашистов. Но можно ли запретить думать о живописи, о ее загадках и причудах? Два пейзажа любимого им Марракеша (Марокко), начатые и завершенные после переговоров с Ф. Рузвельтом, в ожидании отлета в Англию, - единственные работы военных лет.

Его привлекал прежде всего пейзаж. Когда он брал в руки кисти, пейзаж всплывал в его памяти по многочисленным поездкам в другие страны и по родной Британии. По мнению профессионалов-художников, Черчилль достигал в пейзаже подлинного мастерства. В натюрморте и портретной живописи менее отчетливо выступают особенности его независимого характера, свободы восприятия окружающего мира. Модель, натура диктуют свои правила. Не найти в его картинах и библейского сюжета и обнаженных фигур. Его внимание привлекали вибрирующее отражение в воде деревьев и домов, горы на заднем плане, яркая цветовая гамма зелени прекрасных лугов и парков Англии, то яркая, то бледно-голубая поверхности Средиземного моря юга Франции.

В одном из посланий Клементине он делится с нею мыслями, что предпочитает выходить рано к реке, лишь бы “поймать воду” - занятие более интересное, чем “словить лосося”. Охотник и рыболов, он восторженно любуется пейзажем…

За годы занятия живописью, с 1915 г. почти до конца жизни (1965г.), им было написано около 500 картин. Примерно половина отмечены в каталогах частных коллекций, какие-то, вероятно, наиболее близкие автору, выставлены в его поместье в Чартвилле, наиболее значительные размещены в Национальных галереях Англии, Ирландии и в Королевской галерее.

Коммерческий успех картин, нередкий в послевоенные годы, уже на закате жизни вряд ли его особо волновал, хотя, думается, льстил самолюбию. По убеждению его друзей, художников и коллекционеров, Черчилль вполне был в состоянии зарабатывать себе на жизнь живописью. Ведь неспроста к 80-ти годам жизни Черчилль пожелал получить звание художника, и дипломной работой стал морской пейзаж любимого им юга Франции.

Выставки картин Черчилля были организованы в 1921 г. в Париже (под псевдонимом Шарль Морен), в Канзасе (США), в Лондоне. Одна из последних - выставка в Королевской галерее Лондона - пользовалась большим успехом, ее посетило не менее 30 тысяч любителей живописи и почитателей легендарной личности.

МАРЛЕН САТЯН, почетный член Союза художников Армении

Женщины наступают

В древние времена не было строгого разделения одежды на мужскую и женскую. Это произошло позднее, причем штаны стали привилегией мужчин, а юбки - женщин (учудили в этом вопросе только шотландцы и греки).

Но мужская брючная монополия давно и методично подрывалась женщинами. Историки свидетельствуют, что это началось с народной героини Франции Жанны Д’Арк (XV век). Она, по всей видимости, была первой женщиной в Европе, рискнувшей надеть мужские штаны. Конечно, на костре ее сожгли не за это, но церковники припомнили ей и эту дерзость, включив ее в перечень своих обвинений против Орлеанской девы. Так что Жанну с некоторой натяжкой можно назвать первой женской жертвой брюк.

Известен и такой исторический факт. Французская королева Мария-Антуанетта задолго до революции как-то оказалась в брюках, и за это ее едва не растерзала возмущенная толпа. Если бы королева знала об ожидавшей ее участи в период Великой французской революции, то скорее всего она предпочла бы пасть жертвой моды, а не от ножа гильотины.

”Брючное знамя” (уже не рискуя своей жизнью) подхватили такие знаменитости, как Жорж Санд и Марлен Дитрих. Писательница к своей литературной славе добавила известность неукротимой воительницы брючной моды. А уже победное знамя довелось водрузить знаменитой кинозвезде Марлен Дитрих, которой не подражать в то время считалось просто дурным тоном…

В настоящее же время женские брюки стали не опасной данью моде, а практичной, удобной и даже элегантной формой одежды.

А смогут ли на “брючную агрессию” женщин дать достойный ответ мужчины, ведь теперь “мяч на их половине поля”? Навряд ли. Даже при самом богатом воображении трудно себе представить, чтобы мужчины, даже эдак лет через 100, рискнули бы появиться на улицах городов в мини-юбках. В особенности кавказские мужчины…

РУДОЛЬФ ОГАНЯН

 

 


Click Here!

 

Использование материалов сайта
без соглосования с "ЭФИР"-ом запрещено

Республика Армения
Ереван, ул. Алека Манукяна 5, Дом Радио
тел: 553 413